Раздел истории

Если и можно говорить о культе лич­ности в применении к британско­му футбольному менеджеру, то только в применении к Биллу Шенкли. Ни до, ни после никому не удалось пре­взойти его — истинный кумир как тол­пы, так и профи! Процесс мифотворче­ства начался с самого первого дня его работы на «Анфилде», когда он объявил своей целью «создание непобедимой команды. Непобедимой настолько, что им придётся прислать кого-нибудь с Марса, чтобы обыграть её!»

Разумеется, авторитет Шенкли не был бы столь громаден, если б не пло­ды его деяний. Появившись в 1959 году в «Ливерпуле», он принципиально пере­строил команду, которая спустя три года выиграла второй дивизион, затем стала чемпионом Англии в 64-м и 66-м, а в 65-м впервые в истории клуба завоевала Кубок страны. После этого Шенкли на­чал создавать новую команду. Семь лет «Ливерпуль» не мог выиграть ничего. Но Билл строил основательно, крепко — так, что когда здание было возведено, равных ему не оказалось во всей Анг­лии, а потом и во всей Европе на бли­жайшие 15 лет. Он явил миру настоль­ко идеальный механизм, что тот продол­жал блестяще функционировать даже без своего создателя.

ПСИХОЛОГ

Шенкли — невероятно притягатель­ная личность. В нём гармонично ужива­лись, казалось бы, несовместимые вещи — простота и стремление постоянно быть в центре внимания. Сэр Стэнли Мэттьюз: «Я был близко с ним знаком и прекрасно знал его, однако похожее чувство возникало и у миллионов лю­дей, которые никогда не встречались с ним. Всё потому, что Билл всегда вёл себя по-простому, все его поступки и слова были человечными, а значит, близ­кими людям. Они думали, что понимают его».

Наверное, Шенкли можно назвать классиком в области футбольной психо­логии. Где бы он ни оказывался, везде твердил о том, какой это великий клуб и какие замечательные футболисты здесь играют. Все остальные — просто генетический мусор, недостойный вни­мания. «Успех главным образом зарож­дается в умах. Ты должен верить, что ты — лучший и непревзойденный. И очень скоро ты станешь именно таким».

Дон Риви, тренер великого «Лидса» 60-70-х, вспоминал: «Утром каждого вос­кресенья мне звонил Билл. Ритуал не менялся все эти годы. Шенкс расписы­вал, какие потрясающие игроки высту­пают в его «Ливерпуле», каждый из них как минимум был гением, даже тот, кто просидел всю игру в запасе и не внёс никакого вклада в победу. По его сло­вам, это были какие-то сверхигроки: они одинаково блестяще владели что правой ногой, что левой, были непревзойденны­ми в воздухе, неуступчивыми в едино­борствах и нечеловечески выносливы­ми. Когда я пытался вставить слово и напомнить о ком-то из моей команды, Билл, как только слышал, скажем, фа­милию Бремнера, снисходительно ро­нял: «Ага, неплохой игрок». Я вешал трубку в полном смятении и искренне впадал в отчаянье: «Боже, как же «Лидс» ухитряется чего-то там выигрывать, если в его составе нет ни одного игрока, хотя бы достойного внимания Шенкли?!»

Рон Йетс был капитаном первой ве­ликой команды Шенкса и утверждает, что половиной своего успеха обязан ис­ключительно тренеру: «Билл мог заста­вить каждого игрока поверить, что он — велик и неповторим. А когда ты начи­наешь считать себя отличным игроком, тогда ты и играешь именно так!»

Шенкли манипулировал не только сознанием игроков. Он влиял и на окру­жающих, внушая тем, что лучшие из лучших играют в его команде. Представляя того же Йетса, Билл, стараясь под­черкнуть габариты 187-сантиметрового Рона, обратился к журналистам: «При­глашаю всех на прогулку вокруг моего нового центрального защитника». Ни один противник, как бы он ни сыграл, никогда не мог рассчитывать на похва­лу из уст Шенкли. После разгромного поражения 0:3 Билл вышел к журнали­стам: «Наш соперник — полный отстой. Три случайных гола — это всё, на что он сподобился за целый матч!»

Все 15 лет работы в «Ливерпуле» Билл неустанно третировал «Эвертон», как будто это была самая недостойная команда на земле. Его известное выска­зывание о том, в Ливерпуле есть две ко­манды — «Ливерпуль» и резерв «Ливер­пуля» — лишь одно из немногих. Шенкс не сдержался даже на похоронах вели­чайшего форварда «Ирисок» Дикси Дина: «Наверное, Дикси был бы крайне удивлён, узнав, что его похороны собра­ли на «Гудисоне» больше людей, чем «Эвертон» по субботам!»

И после самых неудачных матчей он продолжал нахваливать «Ливерпуль», которому в этот вечер помешали судья («этот маленький Гитлер»), гол из явно­го офсайда, фол на защитнике или что-то в этом роде. Денис Лоу, который на­чинал свою славную карьеру у Шенкса в «Хаддерсфилде», справедливо замечал: «Сейчас бы его штрафовали после каж­дого тура за некорректные высказыва­ния». Тогда же благодаря невероятному обаянию Билла подобные разговоры никого не смущали. Хотелось добродуш­но хихикнуть и беззлобно ругнуться.

Шенкли был тонким дипломатом который умел сбить с толку кого угод­но. Однажды он совершил почти неве­роятное — сумел добиться отмены уда ления за откровенную грубость. В сезо не-67/68 Иана Сент-Джона погнали с поля после очевидного фола против за щитника «Ковентри» Брайана Льюиса Соответствующая отметка в рапорте рефери автоматически означала пропуск следующей игры и, что называется, об­жалованию не подлежала.

Шенкс поступил следующим обра­зом. Перед походом на заседание дис­циплинарного комитета он приказал Сент-Джону намазать ваксой... причин­ное место. Во время рассмотрения дела Билл обрушился с обличительной речью на грубияна защитника, который не брезговал в борьбе с его форвардом даже самыми низкими приёмчиками и тем вынудил того ответить. «Да и как он мог не ответить?! Любой мужик поймёт, ког­да такое творится! Ну-ка, покажи им, Иан...» И Сент-Джон... приспустил шта­ны. Увидев почерневшее от ваксы хозяй­ство «несчастного», заседатели всё по­няли и удаление отменили. Ставить под сомнение слова Шенкли они даже не подумали!